Город:  Москва
Тел:  8 (926) 468-80-48
Главная   Сборники стихов.

Поэтический сборник "Осенний Осеньевич Осень".

Добавлено: 9 октября 2013 / Сборники стихов.
Поэтический сборник


Статьи по теме:
 Пишу стихотворения. Играю спектакли.
 Здравствуйте, дорогие пользователи www.tahtabaev.ru
на ваш суд, представляю очередной поэтический сборник «Осенний Осеньевич Осень».

Не покинь меня в этот сложный час,
«Это Я, не Я» - умоляет глас.
Тут в моем дому заблудился гость,
От него одна мне на память трость.
   Я кричу – Ау – эхо вторит: - Где
   И в каком краю, на какой земле?
   И моя кровать; холодна, пуста,
   Мы же с ним тогда одного родства.
Кто ты? Брат? Сестра? Или мать с отцом
Осеняешь ли ты себя крестом.
А в дому давно, заблудился гость,
Опираюсь я, на родную трость.
             Тольятти 18.10.2004 г.
Обещали.
Обещали ждать, слышу я: «прости»,
Обещали день, но пришли дожди.
Обещали страсть, но никак не лед,
И любовь опять расстоянье бьет.
   Руки подниму, журавлями вверх,
   А за мною крик – Ой, смотрите стерх
   Как поймать его, в клетку заманить,
   Паука позвать, зелье отварить
Улыбнусь и в путь – не синица я,
В небе голубом, там моя стезя.
Позабудешь страсть, и проглотишь лед
И закрыв глаза, переходишь брод.
   Коль не будешь ждать, потуши свечу, 
   Я мечтой дышу, цели не хочу.
   Лишь в словах любовь, ты не веришь им,
   Улетает в ночь журавлиный клин.
                Тольятти 19.10.2004 г.
Тольятти. Осень. Что ещё?
Круговорот моих событий.
То холодно, то горячо,
От сознания открытий.
   Вот этот день и этот год,
   И неприступная соседка.
   В кульке обед, кругом народ,
   И с головы слетает кепка.
Тольятти! Осень, как зима,
Ах, до чего же ты сурова.
Стоят, стоят одни дома,
И замерзают с полуслова.
   То полумрак, то полусвет,
   И лифт не лифт, и та же клетка.
   В карманах – ветер, нет монет,
   Но улыбается соседка.
              Тольятти 22.10.2004 г.
Баллада о дружбе.
Девочка в песочнице играла,
Из песка лепила медвежат.
Медвежатам имена давала,
Те, что узнавала у ребят.
   Жили-были вместе с ней соседи,
   Зульфия, Тарас и Шагане.
   Год за годом подрастали дети,
   И Вахтанг, Олеся и Сергей.
Дети, словно мафия большая
В детский сад ходили по - утру.
Их родители другого края,
Зажигать приехали зарю.
   Спорили, смеялись и мирились,
   Обсуждали взрослые дела.
   Танцевали, пели, веселились
   И проказничали иногда.
Девочка в песочнице играла,
Из песка лепила медвежат.
И случайно невзначай упала,
Засмотревшись вдруг на голубят.
   «Мама, мама, - плача побежала, -
   Мама, мама, ранка, а-а-а!
   Ты скажи, пожалуйста, мне мама,
   Кровь, какая льется у меня».
И сказала мама: «Успокойся,
Не волнуйся, малое дитя.
Кровь у нас течет людского свойства,
Все мы одной крови, на века.
   Зульфия, Тарас, Вахтанг, Сережа,
   Шагане, - не только лишь друзья,
   Ты – Олеся, подрасти немножко,
   Ты поймешь, что мы – одна семья.
И друг другу помогать нам нужно,
Не завидовать, не воевать.
Ранки всем, вылечивая дружно,
Ну, зови на ужин малышат»!
   Девочка в песочнице играла,
   Ни одна лепила медвежат.
   Вся семья ей дружно помогала,
   В том дворе ЛЮБОВЬ и МИР царят.
              Тольятти 26.10.2004 г.
За мною тени, голоса,
За мною прошлые титаны.
А впереди шумит гроза,
Родятся снова великаны.
   Певцы, мыслители Земли,
   И бунтари своей эпохи.
   Свободы духа главари,
   У поколения на вдохе.
Но вместе с ними, как всегда,
Придут такие, что и ныне.
Что им Огонь? Что им Вода?
Не все ль равно, - живем в Пустыне.
   Как равнодушна, как пуста,
   Но если ближе к горизонту.
   Воскреснет Человек – Лица,
   И улыбнется смело Солнцу.
Пока качается она,
Покуда звезды не погаснут.
Пусть продолжаются века,
И в дерзких войнах не угаснут.
                 Тольятти 1.11.2004 г.
Про Конокрада.
Меня не трогай, женщина не надо
Я для семейной жизни не гожусь.
Во мне душа цыгана конокрада,
Увел лошадку и объехал Русь.
   И за столом семейного уклада,
   Где лавки заготовлены всегда.
   Ты не увидишь моего халата,
   Его и нет в котомке у меня.
Что обещать? Я обещаю – чудо!
В которое не верят, ну и пусть.
Достану, но не спрашивай откуда,
Тебе – Фантом! Себе оставлю – Грусть.
    Исполню фейерверк твоих желаний,
    Ведь я волшебник, я ученый груздь.
    Тому, что было, не имев названий,
    Скажу: не унывай, ведь я вернусь!
Не нанимай ищеек, не узнают,
История цыгана не нова.
Но до сих пор её не забывают,
И вот легендой обросла она.
    Моя судьба, увы, не мелодрама,
    Не пошловато-сладкий сериал.
    Не липовато-лживая баллада,
    А искренне безумный карнавал.
Во мне душа цыгана – конокрада,
Где был, где есть, не помню даже я.
Как будто бы я желтая цикада,
Пою о возвращении огня.
               Тольятти 27.11.2004 г.
Рисует девочка сердечки,
Выводит пальчиком love you.
Ещё не ведает осечки,
И доверяется стеклу.
   Мороз – дружок не унывает,
   Затеял с девочкой игру.
   Стекло в бумагу превращает,
   Призвав для этого пургу.
Кудесник зимнего начала,
Зачем смеёшься над людьми.
Что не хватает покрывала,
И белоснежной пелены?
    Немое вижу я блаженство,
    Художник – девочка смотри.
    Перчатки, тоже полотенце,
    Скорее пальчики сложи.
Зачем рисуешь; снова, снова,
Выводишь пальчиком love you.
Тебя заметит «Казанова»,
А ты мечтаешь про семью.
   Наивно думать то, что счастье,
   Нас ожидает впереди.
   Сердечки это только в сказке, 
   А в жизни стрелы и шипы.
               Тольятти 29.11. 2004 г.
Как трудно все ж гореть в разлуке,
Как трудно вспоминать минуты.
Как наша память не сильна,
Не может многое она.
   Все перечислить не пытаюсь,
   Переосмыслить не стараюсь.
   В стихах заложенный костер,
   Моей любви немой укор.
                Тольятти 29.11.2004 г.
Как нам не хватает этого чувства,
И мы постоянно в сомненье живем.
Порою нам больно, часто нам грустно,
И все это чувство Любовью зовем.
                 Тольятти 3.12.2004 г.
Легко найти работу, если ты
Уверен в будущем, уже имея,
И зная, ни о чем не сожалея,
Рискнешь опять переменить миры.
   И спутника легко тебе найти,
   Когда изведал горечь расставанья,
   Сокрыв улыбку разочарованья,
   И продолжаешь по пути идти.
Тогда легко ты сможешь наслаждаться,
Карьерой, Славой, Денежным мешком,
И умножая раздавать потом.
Любить. Дружить. Беспечно рук касаться,
   Не брезгуя заштопанным носком,
   Когда найдешь, не хвастайся добром.
                 Новороссийск 22.12.2004 г.
Новороссийский форс – мажор.
Новороссийский форс – мажор,
Норд – Ост с дождем! Какого хрена?
Натянутый спасет шатер,
Иль будет голая арена?
   Абракадабра в небе! Сон
   Тошнит погоду третьи сутки,
   И где найти нам камертон,
   Чтобы настроить злые шутки.
У чувства юмора отгул,
А страх с огромными глазами,
Читает книжку «Караул»,
И заливается слезами.
   Звонить и призывать эфир,
   На помощь на спасенье, чудо,
   Но нас не слышит командир, 
   Он узник нынче у досуга.
Большое стало малым вдруг,
А малое давно не видно,
И варится горчичный суп,
И превращается в повидло.
   А море черное кипит,
   Бурлит на улице Советов,
   И рассыпается гранит,
   От катаклизменных наветов.
Та городская суета, 
Что раздражала и бесила,
Сегодня луч от маяка
Или заморская текила.
   И нас закованных в «Стандарт»,
   Струя свободного теченья,
   То заливает в невпопад,
   То вдруг включает напряженье.
Рубеж в полметра стынет кровь,
Импровизация из оргий,
Сердечный шорох в пятках дробь,
Сражается Святой Георгий.
   Безумный бой, разорван щит,
   А зонт, как меч пришел в негодность,
   Непредсказуемый бандит.
   Уменьшил численную плотность.
Ну вот остыл его запал,
Устал злодей, он пьян от крови,
Шабаш! Закончен карнавал,
И город весь в законной соли.
   Щенок прижавшийся ко мне,
   С тобою кот мурлычит тихо,
   Висит на вешалке кашне,
   И страха нет в глазах и крика.
Как просто солнце в вышине,
Сверкает лыбится игриво,
И отражается в щенке,
Когда чещу ему загривок.
   А «Охи», «Ахи» ни к чему,
   С тобою мы как будто щепки,
   Давай за нас! Хвала вину!
   Стаканов нет неси пипетки.
Новороссийский форс – мажор,
Азарт Вселенского начала,
Иль это дядька Черномор,
Его наверно укачало.
               Новороссийск 20-29.12. 2004 г.
На события в Украине ноябрь-декабрь 2004 г.
Опять зовут на баррикады,
Казенных лиц.
И обещания и златы,
Падут к ним ниц.
А горсть невидимого пепла,
Слетев к реке.
Манифестация манерна,
Напомнит мгле.
Я помню маленького немца,
Пятнадцать лет.
С мозгами бледного младенца,
Один скелет.
Он также шел на баррикады,
Разрушить мир.
Он также жаждая награды,
Построил тир.
Ему вручили мухобойку,
А он и рад.
А я не верю в перестройку,
В бездушных гад.
С глазами гнева не увидишь,
Не проживешь.
С ружьем шагающий подкидыш,
Возносит ложь.
Он горд собой, он за отставку,
Таких, как он.
И вместо паспорта им справку,
За Рубикон.
А я молчу и спорить стыдно,
Не доказать.
У глупости большое быдло,
с рогами рать.
Не нахожу нигде ответы,
И в чем просчет?
Ведь утверждали: наши дети,
Всех ярче звезд.
Я помню маленького немца,
Пятнадцать лет.
С тех пор кричу с душой младенца,
- Войне – я нет!
              Новороссийск 29.12.2004 г.
Тузы.
Хвалебной оды груз исписана бумага,
А мозг – бубновый туз с портфелем дипломата,
Я мучаю строфу наследник плагиата,
Чтобы кормить семью и пела колымага.
   А там крестовый туз с концами из прощений,
   Он маленький конфуз с мешком из кино-серий,
   Где в каждой есть обман и лучик из мистерий,
   Нет королей и дам и никогда знамений.
О красной ведьме речь вести я не умею,
Её в костре бы сжечь закинуть бы на рею,
Все беды от неё, а боль зубной страшнее,
А мысли от неё, все ярче, червенее.
   Сквозняк – пузатый дым в постели оказался,
   Как черный господин с короною скитальца,
   И сердце замерев упав под звуки вальса,
   Пиковый туз в тени оскалясь рассмеялся.
                      Новороссийск 2.01.2005 г.
Счастье Артюра Рембо.
Мое глуповатое счастье,
Лежать на тахте и мечтать.
Моё глуповатое счастье,
Смотреть в океан и страдать.
   Лечиться вином и абсентом,
   Читать воспаленно стихи.
   Не слыть королем импотентов,
   Не слышать от Страха – «Эй ты».
Свободно оно и лениво,
Гримасы и утки на ней.
Такое вот милое диво,
С улыбкой оно до ушей.
   Оно не цветок, а репейник,
   Сорняк и назойливый прыщ.
   Оно разорвало ошейник,
   Оно из дырявых крыш.
Попробует муки гашиша,
Взрастит бородавки на нос.
А после у башни Парижа,
Публичный устроит понос.
   Чтоб стать ясновидцем поэтов,
   Ты – Счастье срываешь ярмо.
   Нет смысла в великих сонетах,
   Зовите Артюра Рембо.
Взрослейте, пьянейте от пули,
Какого вам надо рожна.
Свело окончательно скулы,
Не видно уже Корабля.
   Моё глуповатое счастье,
   Ребёнок жующий пирог.
   Моё глуповатое счастье,
   И с ним неуместен здесь торг.
               Новороссийск 4.01. 2005 г.
Литература.
Весь день брожу по кладбищу теней,
Которое в оковах фолианта.
Светильник пурпурных огней,
Глаза немого дуэлянта.
   Фантазия – источник их забав,
   От пьяных мыслей холодеет кожа.
   И прячется в дубовый шкаф,
   И Достоевский и Спиноза.
А колдовство в словах талант азарт,
Слияний звуков, направлений, форма.
Нашли пристанище у врат,
Вошли в гармонию аккорда.
   Живое кладбище! Я частый гость,
   Перед гробницей Гения склоняюсь,
   Чтоб слыть невеждой не пришлось,
   Я перед ней молюсь и каюсь.
И запредельность неземных миров,
В страну Бажова, Андерсена мчится,
И в дом летающих ковров,
Несёт мой разум колесница.
   Мир приключений фэнтази, дары,
   Я в сотый раз, вступающий в обитель,
   И знания воинственный ценитель,
   Надежда только на умы.
   Читатель Ангела - Хранитель!
Мозаику из гласных я сложил,
Осуществил свободное движенье,
И фибрами душевных сил,
Принял твой облик – Озаренье.
   Глаголов, существительных язык,
   Рассказчица, божественная Лира,
   Промямлишь: - Я уже старик, -
   Мертвец – ты хуже дезертира.
И Слава Богу я не сирота,
Я не старею, и ещё мальчишка
И открываю ворота
А предо мною книжка, книжка.
   То я хочу с Жюль Верном на Луну,
   С Агатой Кристи разгадать все тайны,
   С Хайямом Оду спеть вину,
   А с Киплингом дать бой Нагайне.
Как страстный демон приникал к душе,
Художник силой своего богатства,
И клад в походном багаже,
И жаждущим отдал полцарства.
   Эссе, рассказ, поэма и роман,
   Чувствительных соблазнов украшенье,
   Влекомый мудростью в капкан,
   Богов слепое достиженье.
Так все вокруг с чего-то началось,
Где человек в пещере обитая,
Отрекшись от покоя и от рая,
Без страсти тут не обошлось,
Друг другу свиданье назначая.
   И вечером под звездами вдвоем,
   Шептались, объяснялись, признавались,
   Внутри мятежный был подъём,
   От фраз любовных содрогались.
И пусть шутил, проказничал Творец,
А этот стих перебивает бука,
На кладбище стоит дворец,
Там царствует живет Наука.
   Мы повторяемся, и смерти нет,
   И слышим колыбельную от мамы,
   И Букваря пленительные гаммы,
   И я несу её совет:
   - Ученье свет, а глупость – драмы.
Когда во тьме слоняюсь от обид,
Как ни стараюсь не заштопать раны,
Есть друг под именем Майн Рид,
Про подвиги его романы.
   Когда метель любовь гвоздями бьёт,
   И волком вой никто тебя не слышит,
   Шекспировский сонетов плот,
   Спасёт тебя или утешит.
А если вдруг предатель , лучший друг,
И вера стала жертвою измены,
Такой неисцелим недуг,
Но Пушкин приоткроет двери.
   И ты потомок, в будущем живя,
   Быть может, скажешь: - это авантюра,
   Нельзя всё знать, дешёвая микстура,
   Для робота годна, не для меня -.
   Мне станет страшно, за тебя,
   ВЕЛИКАЯ ЛИТЕРАТУРА!!!
            Новороссийск 6 – 11. 01. 2005 г.
Следующее стихотворение очень личное.
Почему размещаю?
- Считаю, что все секреты открываются, лучше раньше, чем позже.
Семёнова, Тахтабаева, Кузьмина.
12 гласных в 3-х словах.
За ними что? Неужто тьма,
Или хрустальная звезда.
3 слова, словно 3 огня,
Я изучаю алфавит.
Печаль с тоскою хороня,
В словах взыгрался аппетит.
Извечный спор. Когда предел?
О чём жалел, кого забыл,
И скольких ты не захотел,
И скольких ты не оценил?
Рожденье. Детство. Юность – звон.
Бокал с шампанским осушу,
На переправе за кордон,
Семёнову переведу.
Злой рок мне пальчиком грозит,
Со мною братец не шути:
Ты смеха вычерпал лимит,
А я ему, - чего ворчишь?
Ведь жизнь без чертиков скучна,
Коль ты её не оживишь,
Смеётся кукишу душа,
А горе шуткой удивишь.
И даже свадебный кортеж,
С печатью в паспорте твоём,
И не тупик, и не рубеж,
Мы с Тахтабаевой споём.
«сняла решительно пиджак»,
«ромашки спрятались в лесу»,
«степной орёл, лихой казак»,
«зачем обрезала косу».
Я чаще весел был с тобой,
Казался вечностью полёт,
Зачем тогда грустить герой,
Ты расскажи мне анекдот.
Фамилий много, ты одна,
Любви хотелось невтерпёж,
И в замуж, честно говоря,
Ты шла, как маленький Гаврош.
Мужчины – экстази, ЛСД,
Железный гром, и чёрный снег,
В увеличительном стекле,
Мужчины кутаются в плед.
И пусть всему придёт финал,
А стих попытка на конфликт,
Пошлю на вверх тебе e-mail,
Жесток, но искренен вердикт.
И у меня есть тоже сын,
И он скучает без отца,
А у поездок карантин,
Одену маску - подлеца.
Отцы и матери, вам жить,
Но ваш ребёнок вне игры,
Отцы мне не в чем вас винить,
Я сам такой же как и вы.
Геннадий Тахтабаев – я!
7 гласных, не считая – я,
Проснётся ли в них светоч дня,
Скажи мне, матушка моя.
               Львов 19.01.2005 г.
Осенний Осеньевич Осень.
Осенний Осеньевич Осень,
Из Лета сбежавший мужик.
Ко мне возвращается проседь,
Меня с листопадом кружит.
   Листочки ложатся на плечи,
   Как погоны без звёзд.
   Я ранен дождём из картечи,
   Я в стенке сломавшийся гвоздь.
Какого он рода? – мужского,
Иль женского, я не пойму.
Но хочется снова и снова,
Прижаться к жаркому дню.
   Не думать с досадой о новом,
   Ложиться без страха в кровать.
   И чтоб не больным, а здоровым,
   С утра до утра пировать.
Искать оправданий у неба,
А может в солярий пойти.
А может испечь себе хлеба,
Продлить скоротечные дни.
   Промокшие спички, бумага,
   В квартире тепла дефицит.
   Висит сувенирная шпага,
   Мужик без конца голосит.
Наверно он болен желтухой,
Заразой, собачьей чумой.
Три месяца, словно «под мухой»,
Скандалит с бабулей Зимой.
   Осенний Осеньевич Осень,
   Плешивый усталый старик.
   Заставлю Тебя альбиносить,
   Натягивать белый парик.
                Львов 22.01.2005г.
С уважением, Геннадий Тахтабаев.

НУЖЕН ВЕДУЩИЙ НА ПРАЗДНИК? ЗАКАЖИТЕ ЗВОНОК